Наш ответ Риковеру

Как уже было сказано, концептуальное проектирование надводного боевого корабля с ЯЭУ в СССР началось одновременно с США: не позднее 1956 года. Это был, возможно, самый многострадальный флотский проект. В конечном итоге только в 1973 году был заложен головной тяжелый атомный ракетный крейсер «Киров» (проект 1144 «Орлан»).

С советским океанским атомоходом чего только ни делали в процессе проектирования — из-за не вполне четкого понимания поставленных задач. Его дважды разбирали на две ветки проектов (ударный ракетный крейсер и атомный противолодочный крейсер), снова собирали, совмещая функции. В результате образовалось многоцелевое чудовище, увешанное почти всеми доступными типами вооружений, состав которых менялся по мере неспешной проектной работы (иногда радикальнейшим образом).

Затянутость проектирования, однако, оказалась на руку в атомной части. Реакторная установка КН-3 для крейсеров была разработана на основе установки ОК-900, созданной уже в середине 1960-х для атомных ледоколов второго поколения (типа «Арктика», проект 10520) и для переоснащения атомного ледокола «Ленин» после инцидентов с его реактором в 1965-1967 годах.

Головной корабль формально сдали как всегда «под елочку», в декабре 1980 года. К этому моменту, для сравнения, американцы успели вернуться к постройке атомных кораблей следующего поколения. С 1969 года велось серийное строительство авианосцев типа «Нимитц», а с 1974-го по 1980-й ВМС США в дополнение к трем имевшимся получили еще шесть атомных ракетных крейсеров: два типа «Калифорния» и четыре типа «Вирджиния».

Разведывательный корабль «Урал»

Проект 1144 дал флоту с 1980 по 1998 год четыре корабля (к сожалению, с неоднородным составом вооружения и радиотехнического оборудования). Их эксплуатация столкнулась с рядом проблем, в частности с неготовностью системы базирования, что снижало их ресурс. Сейчас боеспособен только один из них — «Петр Великий». «Адмирал Нахимов» поставлен на модернизацию, головной «Киров» (ныне «Адмирал Ушаков») из-за аварийного состояния ходовой не был в море с 1992 года и готовится к утилизации, а судьба «Адмирала Лазарева» по-прежнему не решена.

Пятая единица советского флота с ЯЭУ — разведывательный корабль ССВ-33 «Урал», введенный в строй в 1989 году. Огромный (свыше 36 тысяч тонн полного водоизмещения), с двумя реакторными установками того же типа ОК-900 и техническим комплексом «Коралл», он предназначался для комплексной разведки, в том числе для слежения за пусками баллистических ракет. Корабль, перейдя на Тихий океан, столкнулся с теми же проблемами неготовности системы базирования. Уже в 1992 году на нем окончательно заглушили реакторы и поставили в отстой, превратив в плавказарму офицерского состава (ССВ с той поры расшифровывали как «специальный спальный вагон»). В 2010 году была запланирована утилизация корабля, однако тендер так и не был завершен и в настоящее время объявлен снова. Сложность утилизации вызвана большими размерами корабля, превышающими возможности российских верфей.

Шестым должен был стать атомный авианосец проекта 1143.7 «Ульяновск» (заложен в 1988 году в Николаеве), но его прекратили строить в середине 1991-го на ранней стадии готовности, а в 1992-м разобрали на металл.

Вслед за СССР

Американцы, выдав крупную серию атомных крейсеров в 1970-е, попали в ловушку. Как только эта серия была закончена, флот начал получать газотурбинные корабли системы Aegis: крейсера типа «Тикондерога», а потом «эсминцы» типа «Арли Берк» (по сути, те же «Тикондероги», только удешевленные). Это уже были корабли следующего поколения, оснащенные вертикальными пусковыми установками и новыми радиоэлектронными системами.

Соответственно, возникла дилемма. С одной стороны, атомоходам еще жить да жить, но переоснащать их необходимо. Это сложно и дорого, значит, надо совмещать с капремонтом. Кое-как дотянули до 1990-х годов. Но тут закончилась холодная война, и Белый дом принялся резать военные расходы.

Атомный крейсер «Вирджиния»

Сокращать было что: годовая эксплуатация атомного крейсера типа «Вирджиния» в тех ценах обходилась более чем в 40 миллионов долларов. Для сравнения: у «Берка» — вдвое ниже, у «Тикондероги» — ниже на треть. При этом, напомним, боевые возможности атомных крейсеров уступали неатомным из-за устаревшего вооружения и радиоэлектроники.

Сочетание этих факторов, дополненное заново всплывшими соображениями, изложенными скептиками еще на рубеже 50-х и 60-х, было разрешено простым списанием, стартовавшим в 1995 году. К 1999-му в составе ВМС США не осталось ни одного атомного надводного корабля, кроме авианосцев, что до сих пор вызывает на американских форумах глухое ворчание про Клинтона, порезавшего «такие великолепные корабли», причем, «несомненно, в угоду красным».

Бесконечная мечта российского флота об атомном авианосце — чтобы «как у людей» — пока остается чем-то вроде классического сюжета о постройке каменного моста с сидящими на нем купцами, продающими крестьянству разный полезный товар. Однако понемногу возникают и рациональные идеи.

Ведущиеся с весны 2016 года разговоры о попытках продать Индии в качестве атомного авианосца проект 23000Э «Шторм», разработанный в Крыловском центре, имеют в виду не только отработку технических решений и технологическую подготовку производства за чужой счет (как это было с системами Су-30СМ, «Панцирь-С» или сторожевыми кораблями проекта 11356). Тут играют роль и особенности реакторных установок нового поколения, в проектировании которых Россия если и не мировой лидер, то уж во всяком случае занимает весьма и весьма достойную позицию.

Модель авианосца проекта 23000 «Шторм»

В июне 2016 года на Балтийском заводе спустили на воду головной атомный ледокол проекта 22220 (типа ЛК-60Я), который должен прийти на смену сразу двум типам атомоходов: линейным типа «Арктика» и мелкосидящим типа «Таймыр». Двухосадочный универсальный корабль, принимающий до 9000 тонн балласта, оснащен новой реакторной установкой РИТМ-200.

Одна из ее многочисленных особенностей, помимо интегральной компоновки и высокого уровня естественной циркуляции теплоносителя, — сравнительно низкий уровень обогащения топлива по урану-235. Если установкам типа ОК-900, КН-3 и КЛТ-40, эксплуатировавшимся ВМФ и гражданскими организациями, требовался уровень обогащения от 30 до 90 процентов (у американцев до 93-95 процентов), то РИТМ-200 использует металлокерамическое топливо с обогащением не выше 20 процентов. Это выводит установку из-под действия режимов, ограничивающих распространение ядерных оружейных материалов и технологий, следовательно, возникают экспортные перспективы.

Корпус реакторной установки РИТМ-200

Эту же установку (в исходном или измененном варианте) планируется использовать и на российских атомных кораблях нового поколения, когда (и если) они появятся. Авианосец пока сохраняет статус «варенья на завтра» (в ГПВ-2020 его нет, в следующей ГПВ расходы на него точно станут одной из первых позиций для «оптимизации»), а вот универсальные корабли океанской зоны проекта «Лидер» (зачем-то названные эсминцами) вполне могут строиться в атомном исполнении.

Идеи о полном переводе новых кораблей ВМФ 1 и 2 рангов на ЯЭУ выглядят избыточно радикальными, однако как минимум они свидетельствуют о наличии сильного «ядерного лобби».